Когда повышенная тревога - результат неверного восприятия симптомов и отсутствия эффективных навыков

За консультацией обратился мужчина (назову его Михаил) 30-и лет с диагностированным тревожным расстройством и навязчивыми мыслями. Тревожность отмечал у себя со школьного возраста, его мама была тревожной, вследствие чего можно предположить, что его тревожность имеет конституциональный характер. По типу личности он - психастеник (яркие черты - перфекцизм, мнительность, трудности выбора, склонность к гипер-рефлексии, гипер-контролю, вине, педантичность и др.). В школьные годы и на этапе поиска работы после университета были навязчивые мысли, панические атаки, которые получилось преодолеть. 

Год назад у Михаила снова появились навязчивые мысли о том, что он может причинить вред себе или своей жене. Мысли забирали у него много сил, трудно было сосредоточиться на работе, появился страх оставаться с женой наедине. Он боялся своих мыслей, будучи уверенным, что под их влиянием совершит что-то ужасное. Пытался справиться с навязчивыми мыслями с помощью коньяка "в терапевтических дозах", чтобы расслабиться, однако на следующий день чувствовал новый всплеск тревоги, ещё сильнее прежнего. 

С помощью дневника самоанализа, который Михаил вёл в течение недели, удалось установить ключевые темы, вокруг которых вращалась его тревога: 1. сомнение в своих чувствах к жене, в отношении которой он нередко испытывал злость, но запрещал себе злиться и как-то выражать своё недовольство, вместо этого чувствуя вину ; 2. необходимость смены работы и страх столкнуться с неопределенностью. 

Таким образом, Михаил стоял на пороге жизненного кризиса, и его навязчивые мысли возникали как психологическая защита - избегание решения проблем. 

Диагностика неадаптивных схем Михаила выявила такие основные схемы (мысленные и поведенческие конструкты), как "Уязвимость", "Жёсткие требования к себе", "Покорность". Отсюда вытекали следующие неадаптивные выборы, дающие иллюзию контроля над жизнью:  катастрофизация, мысленный и поведенческий гиперконтроль, перфекционизм (завышенные требования к себе и жёсткий внутренний критик) и избегание конфронтации, проявление уступчивости, дабы сгладить чувство вины и "не сделать ещё хуже". Всё это лишь усиливало тревогу и генерировало недовольство собой, окружающими. 

Как видно, проблема Михаила оказалась куда глубже, чем просто навязчивые мысли. 

Мужчине были даны эффективные упражнения, помогающие совладать с навязчивыми мыслями "здесь и теперь". Удалось изменить и его отношение к мыслям: Михаил стал рассматривать их не как что-то ужасное, как умопомешательство, от чего нужно избавиться как можно скорее, а как подсказку организма о том, что его жизнь нуждается в переменах. Мысли из врага превратились в друга. 

Также были намечены конкретные шаги по изменению его неадаптивных схем, которые должны были в перспективе снизить уровень тревоги и вернуть его к полноценной жизни. 

Часто тревога возникает из-за неверного отношения к симптому и отсутствия необходимых навыков решения проблем. К счастью, всё решаемо. 

Михаил исключил алкоголь и другие неадаптивные способы справляться с тревогой и навязчивыми мыслями и начал пошагово преодолевать свои трудности при моей поддержке. Если ему не хватало каких-то навыков, мы прорабатывали этот вопрос. И результат не заставил себя долго ждать.